9 Грудня 2019
views 220

Зе Интервьюер. Special: Atlas Weekend, Кураж Базар, Бухта, рестораны Борисова, Hangover, Doska Bar

В новом спецвыпуске проекта «Зе Интервьюер» – люди, чьи проекты сделали лето 2019 года незабываемым для киевлян. Это предприниматели-трендсеттеры каждый в своей сфере, создатели уникальных форматов, самых масштабных, культовых проектов в культурной жизни города. Они поделились инсайтами, которые помогли им открыть своё дело, рассказали о заработках и неудачах, а также заинтриговали нас своими грандиозными планами на лето 2020 года.

Гости эпизода «Лето в столице»:- Дима и Лена Борисовы (Семья ресторанов Борисова);- Алена Гудкова («Кураж Базар»)- Дмитрий Сидоренко (Atlas Weekend);- Роман Тугашев (Ulichnaya Eda, «Бухта»);- Женя Дулин и Оля Рыжик (Hangover);- Ярик Герасименко и Саша Сапига (Doska Bar).

Как работает фейс-контроль в Hangover, и почему это заведение понадобилось строить полтора года? Кто воровал на Atlas Weekend? Как устроен офис «Кураж Базара»? Откуда иностранцы знают о Doska Bar? За сколько окупится «Бухта» в Речном вокзале? Сколько десятков объектов сейчас строится для Семьи ресторанов Димы Борисова? И кто из наших героев продал квартиру, чтобы инвестировать в проект?ДМИТРИЙ СИДОРЕНКО – ОБ АМБИЦИЯХ И ПРОДАННОЙ КВАРТИРЕ

Абсолютно нормально, когда фестиваль несколько лет раскручивается, и потом выходит в какую-то окупаемость и прибыль. Мы как раз общались с Sziget [Томашем Кадаром, директором фестиваля], которого мы даже в Atlas привозили с лекцией. Он делился многими интересными «внутренними» вещами. Рассказал, что на второй год, когда они делали Sziget, он или кто-то из его команды продал квартиру. Я тоже на втором году Atlas Weekend продал свою квартиру, поэтому мы решили, что идем по правильному пути. У нас нет цели стать вторым Sziget, мы хотим стать чем-то новым, своим, аутентичным. Поэтому и делаем очень много коллабораций с фестивалями и ивентами, которые происходят здесь, и максимально пытаемся придумать что-то уникальное. Мы все-таки стремимся отойти от какого-то копирования. Но в плане масштабности – чтобы к нам сотнями тысяч ездили туристы, чтобы мы привозили самых актуальных и популярных артистов – амбиции такие у нас есть, и мы будем заниматься этим в ближайшие годы.

АЛЕНА ГУДКОВА – О БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ И РВАНОЙ БУМАГЕ ВМЕСТО ДЕНЕГ

На сегодняшний день совместно с нашими партнерами мы собрали больше 13 млн гривен. Мы их супервайзим, ведем, предлагаем проекты… Работаем с любым фондом, который нам предлагает УББ (Украинская биржа благотворительности – прим.), если он прошел аудит, если у них финансово все четенько. Мы не просто фонд, который сам предоставляет отчетность, мы ее запрашиваем тоже, то есть, являемся денежным донором. Когда даешь деньги, 50 гривен или 50 тысяч, имеешь право спросить: «А где они?» И я должна тебе ответить. Соответственно, если фонд каким-либо образом подмочит мою репутацию тем, что будет тупить, не давать документы – это неприятно. У нас недавно была такая странная ситуация, и мы прекратили работу. Нам не дают прозрачные документы на проект – соответственно, для нас такое не годится. Поэтому у нас есть УББ – это краудфандиновая платформа, которая все мониторит, проверяет, требует документы и говорит: «Все, чистяк, можно работать».Когда я делала ивент на Воздвиженке, там был прикол в том, что люди приходили бесплатно, и после продажи сдавали денег столько, сколько считают нужным, в конвертах. И это очень известная история, что люди сдавали порванную бумагу в конвертах. То есть, они приходили, торговали на трафике, продавали свои вещи, делали себе бизнес на созданной нами тусовочке. И сдавали не деньги, а порванные бумажки. Это было ужасно! Хотя, что я тогда знала об «ужасно» в плане благотворительности?

РОМАН ТУГАШЕВ – О ПЕРВОМ СЕЗОНЕ «БУХТЫ»

Я убежден, что Днепр – это недооценённая артерия с точки зрения инфраструктуры города. Когда ты приезжаешь в любой большой классный город (а Киев – классный город!), всегда есть река и есть набережная. Набережную сделали прикольно, но все, что было здесь до нас, было в очень печальном состоянии. Здесь были какие-то маргинальные сообщества (да, алкаши). У нас была четкая задача: поменять облик этой набережной, сделать что-то интересное и необычное. Такой концепт мы придумали с Викой (Виктория Тугашева – жена Романа и Chief bussiness development officer в Ulichnaya Eda – прим.), потому что в прошлом году, в ноябре, мы полетели в Копенгаген, там на набережной увидели такие портовые контейнеры и решили, что нужно сделать так же и у нас. Мы поставили себе цель поменять аудиторию, разнообразить эту площадку, сделать её туристическим местом – и у нас все получилось.Мы были очень удивлены таким количеством иностранцев. Когда строились в конце апреля, туристы уже стали захаживать на эту территорию, и в общем около 40% нашей аудитории «Бухты» – это туристы. Их действительно очень много. Просто сама Почтовая площадь является некой составляющей частью туристического маршрута города Киева, то есть, официально его нет, но все знают, что нужно поехать обязательно на фуникулёр, на Почтовую площадь и Днепр посмотреть, покататься на корабликах. Мы добавили еду, разнообразие – и туристы просто кайфовали. Мы, на самом деле, не рассчитывали, что будет такое огромное количество иностранцев. С точки зрения инвестиций – окупается это все в течение двух сезонов. Мы очень довольны. Получили много позитивных отзывов, но и столько же негативных, что как бы тоже хорошо. Мы эти все комментарии записали, и в следующем сезоне полностью все поменяем. Добавим посадку – «Бухта» будет заходить прямо за речной вокзал.

ОЛЯ РЫЖИК И ЖЕНЯ ДУЛИН – О ФЕЙС-КОНТРОЛЕ В HANGOVERОля: – Никто не понимает, как работает фейс-контроль… У нас есть один человек [который отвечает за фейс-контроль] и четкое понимание, что мы не пускаем людей младше 21 года.

Женя: – Понятно, что есть исключения. Кто-то прошел, у кого-то не проверили документы…

Оля: – Я до сих пор не понимаю, почему девочки… если приходят в Hangover не в первый раз, а хотя бы во второй, они должны понимать, что не стоит носить сюда каблуки, на вот такой [высокой] шпильке и приходить в такой [короткой] юбке. Потому что ты же ходить не сможешь! Но они все равно продолжают, тем не менее. У нас casual дресс-код, и, конечно, мы не пускаем пьяных. Тебя (Анатолия Анатолича – прим.) пустят в олимпийке и спортивных штанах, потому что в любом случае есть трендсеттеры, которых знает фейс-контроль, и их пустят в любом случае. Помимо этого, в олимпийке и спортивных штанах может играть Женя [Дулин], поэтому для нас это нормальный дресс-код.

Женя: – С опытом это приходит, видно по глазам. Я периодически общаюсь с человеком, который у нас отвечает за фейс-контроль, он говорит: «Просто посмотри на руки, на ногти». Были случаи, когда зимой я захожу в Hang… А зимой, из-за того, что сокращается количестве людей, мы ужесточаем фейс-контроль, стараемся поднять планку. Я захожу, а на баре стоит чувак просто в майке. Зимой! Я думаю: «В смысле?» Выхожу, спрашиваю: «Витя, как так произошло?» Он говорит: «Ты не понимаешь, он был в суперкрутой дубленке». Поэтому уже второй год это абсолютно нормально, когда он просит расстегнуть куртку, чтобы понять, в чем вы будете внутри. В среднем 500-600 человек не проходит фейс-контроль за один вечер.

ДИМА БОРИСОВ – О ФОРМАТЕ SMART CASUAL FOOD И СВОЕЙ АУДИТОРИИ

В один момент мы поняли, что история с «1 евро» действительно работает, и разрабатывали идею 2 года, чтобы заняться этим сегментом. Мы называем его fast casual или smart casual. Это формат заведения, который последние 10 лет является мировым трендом, поэтому мы ничего необычного не делаем с точки зрения мирового ресторанного опыта, но почему-то у нас этим никто не занимался. То есть, представь, из 100% украинцев всего лишь 20% ходят в кафе, бары, рестораны. Соответственно, это очень маленький рынок, который нужно делить вместе с заведениями средней и высокой ценовой группы. А основной потребитель [формата smart casual] во всем мире и у нас – вот эти 80%, которые не ходят в рестораны. Но на Западе эти люди уже давно ходят в рестораны fast casual, которые там есть, а у нас эти люди готовят дома. Поэтому нам интересен этот сегмент, мы два года планировали, задумывали – и «Белый налив» был первым заведением, которое запустили. И сейчас запустили уже 5 или 6 форматов: «Белый налив», Dogs and Burgers, «Мушля Бар» на Крещатике, «Мушля кафе» – формат, которому 5 лет, Philadelphia Roll&Bowl, Varenyky Now, «БПШ» и «Канапка Бар». Ошибся, даже восемь. И это за последние два года!

Свіжі новини